пн.–пт. 10:00–19:00
  • Нижний Новгород +7 (495) 567-60-31
    доставка курьером, оплата при получении
  • Москва +7 (495) 482-71-77
    доставка 1–2 дня, самовывоз в день заказа

В северном лесу

российский северянин. рыбак на Онеге. архангельский абориген.  рыбак с берегов Белого моря. житель побережья.

Моим — любовь и песнопенья! Пока не скажет смерть: Ведь он мечту свою терял! Гарцуют всадники — во сне…. Я, жизнь кого — сплошная сказка,. Мой взгляд на женщин есть не личность ,. Март — точно май: Он казался подростком, способным быть лишь на подхвате. Однако в первом же бою убил первого настоящего врага, захватил первую добычу — кожаный доспешек убитого, его шлем и копье. Этой первой добычей он гордился больше, чем похвалой своего дяди, брата своего отца, который и взял юнца в этот поход. У Агнара не было отца Вернее, он был, но давно умер — сын плохо его помнил. Мать родственники быстро выдали замуж, и мальчик остался на попечении у семьи Бьёрна. Дядя заменил Агнару отца, он же позаботился об отпрыске брата от какой-то рабыни, и его тоже прихватил с собой в Валланд. Пусть мальчишка учится военному делу, а также ремеслу. Мужчине в Норвегии прилично было знать какое-нибудь ремесло помимо искусства отправлять врагов на свидание с предками.

северянин рыбак 5

Дядя был хорошим кузнецом, вот кузнечному делу он и обучил племянников. В битвах юноша быстро стал мужчиной. В первый год он мало что смыслил в настоящей схватке, но сначала его хранила удача, а потом пришел опыт. На побережье Валланда он показал себя, а в Руане во время уличной битвы спас Хрольву жизнь. Случайно, но вполне серьезно. Когда победа была одержана, и герцогство легло к ногам нового господина, настало время раздавать земли. Каждый сподвижник Хрольва, все его лучшие воины получили свои доли владений — кто деревеньку, кто город, а кто и того больше. Агнар, юноша пятнадцати лет, оказался владельцем большого села в предместьях Руана, под боком у сеньора. В столь юные годы и уже так богат — юноша мог бы гордиться собой. Нетрудно было бы потерять голову. Но он спрятал свою гордыню глубоко в сердце, и теперь, живя оседло, куда больше времени проводил в кузне, чем в доме. Дядя передал ему все свое мастерство, а чему не успел научить, растолковывал теперь. В селении он, разумеется, нашел достойное себя пристанище и всяческое уважение. И Хрольв, отлично водивший корабли, а также знавший толк в их постройке, но не умевший ковать, оказал Агнару честь — заказал ему меч. Камни хрустели под жесткими подошвами сапог. Дорожка вскарабкалась на холм, к селению, раскинувшемуся широко и привольно под властью северян местные крестьяне жили всего ничего — около трех лет, но уже сообразили, что жизнь становится намного спокойнее, а потому занялись строительством , и, попетляв между домами, влилась в широкую, хорошо утоптанную дорогу, заканчивавшуюся у крыльца. Дом был выстроен в странном стиле — нечто среднее между общими домами скандинавов и возведенными из бревен поместьями местных мелких феодалов. Вместе с Агнаром и его дядей здесь обитало множество народу — слуги, друзья обоих хозяев, которые пока не получили собственных домов или владений и надеялись отличиться в будущем, а также работники, набранные из числа местных ребят покрепче. Последние охотно покидали темные тесные домишки своих семей, приходили к Агнару в надежде на лучшую долю; в спокойные времена они трудились на полях или пастбищах, а если возникала угроза вражеского нападения, становились воинами. Хрольва здесь, конечно, знали. Валландцы при встрече с ним торопились согнуться в три погибели, люди постарше, привыкшие к старым традициям, не без усилий валились в пыль.

Герцог не обращал на них никакого внимания — к раболепию местных жителей он уже давно привык. Казалось, будто для него просто не существует валландских крестьян — по их спинам его взгляд скользнул как по пустому месту, и посветлел лишь при виде дяди Агнара — тот, конечно же, вышел поприветствовать своего хевдинга, которого уже года три упрямо именовал конунгом. Перебирайся-ка ко мне в замок, тебе будет чем заняться. Жить в каменном гробу — это не для меня. Я и сам с удовольствием размялся бы с тобой. А иначе — разве имеет смысл? Молодой кузнец, еще сохранивший остатки юношеской стройности, выглядел рядом с ним, как стилет рядом с тяжелым одноручным мечом. А потом я взглянул бы и на клинок. Напиток герцогу с поклоном поднесла молоденькая служанка, но, как она ни улыбалась, как ни пыталась изогнуться пособлазнительнее, тот не обратил на нее никакого внимания — красотки, жившие при руанском замке, были ему намного милее. Одним духом осушив большую кружку, Хрольв с удовольствием прищелкнул языком, и небрежно сделал знак, чтоб ему налили еще. В большом зале, где Агнар и его люди ели все вместе за длинными столами, а на ночь убирали их и раскатывали постели, все уже было готово к приему дорогого гостя. Служанки торопливо расставляли на почетной стороне стола закуски — соленый овечий сыр, свежие лепешки, копченую рыбу, вареные яйца, сметану, мед и даже немного сливочного масла. У Агнара угощали самыми простыми деревенскими блюдами, но гостеприимный хозяин нисколько не опасался того, что гость станет воротить от угощения нос. Хрольв сам привык к простоте, и еще в те времена, когда ходил в походы, не однажды питался одним только мясом, кое-как поджаренным над углями. Теперь он с удовольствием попробовал сыр, лепешки и мед, а запеченную оленину встретил с оживлением. Подождав, пока гость утолит первый голод, Агнар принес из своей спальни завернутый в кусок кожи меч и подал его своему хевдингу. Металл в полутьме плохо освещенного зала казался серым, но стоило присмотреться, и становились заметны извивающиеся более темные полосы, которые, казалось, исполняли на великолепно отшлифованной глади клинка всегда в чем-то различные фигуры танца. Тонкие, как конский волос, полосы разных оттенков серого — от самого темного до самого светлого — затейливо сплетались в глубинах стали, делая ее неправдоподобно гибкой и стойкой. Лишь края клинка оставались равномерно-серыми — они были исполнены из обычной стали и обычного железа. Хрольв поднял тяжелый клинок будто веточку и сильно щелкнул ногтем по краю дола. Металл отозвался сильным, наполненным звоном. Вдоль лезвия и с одной, и с другой стороны тянулись полосы кровостока, облегчавшие вес, но по ним же можно было определить толщину лезвия в центре. Мастер заточил меч, хотя это было непросто, да и не принято — клинки викингов никто и никогда не стремился доводить до остроты бритвы.

В глазах Пешехода появился огонек восхищения. Пожалуй, если бы хоть одна девушка удостоилась подобного взгляда, она смогла бы без труда уверить себя — герцог у ее ног, он влюблен и готов на все. Но ни одна женщина не могла мечтать о подобном. Женщинам Хрольв отводил строго определенное место в своей жизни, и только война и власть царствовали в ней безраздельно. Тут следует, наверное, отдать должное и брату твоего отца. Уверен, меч этот появился на свет не без его помощи. Он был дюжий, крепкий и румяный, не старше самого хевдинга, при случае мог свалить бычка ударом кулака, шалил одновременно с двумя сельскими сочными молодыми вдовами, и уж на немощного старика не тянул никак. Прежде один из самых удачливых и дальновидных викингов, а теперь — вассал короля Карла Простоватого, любовно осматривал оружие, но не мог найти изъяна. Обмотанная кожаной полосой рукоять лежала в руке как влитая. Благодушие Хрольва бросалось в глаза не только тем, кто хорошо его знал, но и сторонним наблюдателям. Даже валландцы перестали испуганно жаться по стенам, и Агнар решился:. Мне, откровенно говоря, невмоготу сидеть на одном месте. Я кузнец, но не только. И снова в густой бороде вспыхнула усмешка, проницательность и пронзительность которой трогала сердце даже тех, кто считал, будто чужое мнение не для них. Когда Хрольв улыбался кому-нибудь, тому казалось, будто его видят насквозь. Впрочем, почти так оно и было. С годами этот викинг стал настоящим душеведом, мысли и настроение он читал, будто звериные следы на снегу, и сила его духа была такова, что он способен был вторгнуться в сознание собеседника, продиктовать ему свою волю. Пешеходу некоторое время назад перевалило за пятьдесят, почти всю жизнь он водил в бой отряды и людей знал как облупленных. Впрочем, Агнар под его пронизывающим взглядом смущаться не собирался, даже если хевдинг действительно видит его насквозь. Он смотрел твердо и спокойно, тем самым давая понять, что отговаривать его бесполезно. Хрольв снова занялся своим новым мечом. Он опять осмотрел его, попробовал ногтем край, покрутил в руке. Я понимаю твое желание.

северянин рыбак 5

Однако отпускать хорошего кузнеца… Здесь, в Валланде, они не делают узорчатую сталь. Хорошее оружие возят из соседних королевств. И лишиться такого мастера, как ты…. Хрольв задумчиво покачивал рукой с мечом и внимательно разглядывал Агнара, будто примеривался — стоит ли рубить, или пока подождать? Он как никто понимал, что юношей, рвущихся в дальние страны, к испытаниям, впечатлениям и богатой добыче, сдерживать бессмысленно. Такова уж природа человеческой натуры, что молодость тянет из дому, к какой-то новой жизни, о которой искатель приключений даже и представления не имеет, и лишь годы способны подтолкнуть его к поиску покоя и размеренной жизни. Только бога могли знать, что там на уме у правителя Нейстрии. Они вышли во двор. Распуская пояс на рубашке, Агнар поглядывал краем глаза, откуда еще стоило бы прогнать любопытных валландцев, но потом забыл об этом. Крестьяне и работники хозяйского поместья липли к любой щелочке, к любой дырочке, чтоб увидеть хоть что-нибудь из поединка — в их жизни было так мало зрелищ и так много нудной, однообразной, изнуряющей работы, что за любое зрелище хватались обеими руками. Их можно было выгонять до бесконечности, и все равно кто-нибудь умудрился бы спрятаться и подсмотреть. Да и не хотелось тратить столько времени и сил, чтоб не потешить местных крестьян. Пусть смотрят, в конце концов. Родбар прошелся по периметру двора лишь затем, чтоб разогнать самых рьяных зевак и очистить место для поединка. Младший брат Агнара уже успел оседлать лошадь, которую ему доверили на попечение, а теперь ждал с кольчугой и подкольчужником. Хрольв бился очень хорошо, к тому же был чудовищно силен, и в поединках не слишком-то осторожничал, поэтому схватиться с ним даже в шутку, но на боевом оружии и при этом без кольчуги было слишком рискованно. Агнар, собственно, и не собирался. Кольчугу он набирал сам — это была его первая кольчуга и пока еще единственная. После этой работы он, как это водилось, уже мог считаться мастером, но в глубине души все же был уверен, что ему до настоящего мастерства далеко. Хрольв тоже был в доспехах, позаимствованных у Родбара, которые оказались ему немного малы, и потому в боках были зашнурованы свободнее. Он не шагнул, а, казалось, скользнул вперед вместе с ветром, так плавно и гибко, как могут только юноши. Целил он в колено хевдинга. Подобное начало схватки не раз и не два давало ему основательное преимущество — как ни странно, воину куда проще поднять щит, чем опустить его, и на какой-то миг ноги, не защищенные деревянным кругом, оказываются под прицелом меча.

Молодому воину уже случалось спешивать врага, еще не успев обменяться с ним хоть парой ударов, и тут главное было уцелеть самому, то есть не просто подскочить с должной резвостью, но и отскочить так же быстро. Однако Хрольв отразил этот удар непринужденно, будто только его и ждал. Щит нырнул вниз и вперед, чуть не ударил Агнара по лбу — тот едва успел увернуться. Более опытный угадает твой ход. Ударил сверху и наискось, а молодой воин ловко подставил щит и увел косо падающий меч вбок. Но даже в этой ситуации от удара у него на миг онемела рука. Пешеход бил не в шутку. Они обменивались ударами, кружа по узкому пятачку хорошо вытоптанной земли. Рука у Агнара была тяжелой, как у любого кузнеца, на недостаток силы он никогда не жаловался, хоть ворочая веслом драккара, хоть размахивая самым увесистым из ручников в кузнице. Но, сражаясь с Хрольвом, он впервые понял, что еще слишком молод и просто не встречался прежде ни с кем сильнее себя. Хевдинг оказался именно таким человеком. Отражать атаки нужно было осторожнее, но разок давно не тренировавшегося молодого мастера подвела левая рука, и удар клинка пришелся по краю умбона. Деревянный круг треснул, умбон погнулся, и Агнар раздраженно отшвырнул испорченный щит. Его противник сделал шаг назад и опустил меч, ожидая, пока кто-нибудь из присутствующих притащит другой щит, целый. Жалко и клинка, который я с таким трудом шлифовал и точил, и умбона. Даже если схватка затеяна лишь в шутку, она не для того, чтоб приучать руку к слабым ударам. Бить надо так, словно ты собираешься развалить врага от плеча до пояса, и только так. Родбар швырнул племяннику щит, тот перехватил его в воздухе за скобу и тут же подставил под удар. Хевдинг, не сумевший подловить Агнара на возможном мгновении замешательства, довольно крякнул. Отразив атаку, молодой воин тут же рубанул сам, от души. Клинок ударил о деревянную часть щита герцога, расколол его и засел в дереве. Хозяин селения и поместья на глазах у своих работников полетел в пыль. Усмехаясь в бороду, то есть незаметно для окружающих, Хрольв легко вышиб у противника рукоять меча, потом без особого напряжения выдернул клинок из дерева, с любопытством осмотрел, убедился, что на нем нет ни зазубрины, и подал владельцу. Агнар вскочил легко, не чувствуя боли в ключице, по которой и пришелся крепкий удар. Меч в его руке взмыл, будто невесомый, да и щит поднялся, казалось, быстрее, чем это возможно. Мужчины схватились всерьез и тесно, так, что наблюдателям почти ничего не удавалось разглядеть. Один из мальчишек, самый любопытный до зрелищ, взобравшийся аж на крышу сарая, примыкающего к дому, так далеко подался вперед, что скатился с нее, чудом не свернул шею, падая на своего двоюродного братца, любовавшегося схваткой снизу, но даже относительно удачно приземлившись и сильно ушибив локоть, не оторвал взгляда от схватки.

В какой-то момент молодой воин атаковал не так сильно, как следовало бы, и герцог немедленно воспользовался его ошибкой. Он придавил клинок противника к щиту своим клинком и уже шагнул было вправо, рассчитывая вывернуть рукоять из уставшей руки Агнара. Однако тот догадался о возможной опасности еще в момент удара, потому что, само собой, сразу почувствовал — что-то пошло не так; пусть даже и не мог знать, какой ход придумает его хевдинг. Он вовремя выдернул клинок, потянув его вверх, и нырнул к земле. Упал, покатился прямо под ноги Хрольву и тем самым подсек его. Пешеход, при своем росте и могучем телосложении весивший, конечно, весьма изрядно, тяжело грохнулся на землю. При этом он придавил молодого воина, но тут же с ловкостью, подпитываемой испугом, извернулся — такое получается даже у потерявших былую гибкость зрелых мужчин, которые не сидят у очага, постепенно врастая в кресло, а ходят, ездят верхом и даже иногда берутся за оружие. Правда, длилось это недолго. Странное ощущение, сковавшее мозг временным небытием, отступило, и он снова увидел двор, дом и сарай, и пыль, покрывшую его руки, и грузного Хрольва, пытающегося подняться. Тот повернулся на бок, чтоб сподручнее было оттолкнуться от земли, заметил взгляд своего молодого противника и пробормотал:. Агнар встал с земли первым, и на этот раз именно он подал хевдингу меч, который тот выпустил из пальцев, чтоб попотчевать нахального мальчишку, да еще и понадежнее обезопасить себя от какой-нибудь необычной, неожиданной атаки. Проговорил он это слово с удовольствием, как бы даже смакуя. Из тебя годков через пять такой воин получится, что держись… Если выживешь, конечно. Как я тебя отпущу?! Мой отец меня тоже в свое время отпустил. Молодые сами должны набить себе все шишки. Да… Того серебра, которое я заплачу тебе за меч, тебе, наверное, хватит и на корабль. Боюсь, торговец из меня никудышный. Протянул хевдингу большую деревянную кружку. И, возможно, принесет тебе в приданое собственное поместье. Я старше тебя, но беру же Гизел в жены. Хоть она, конечно, еще девчонка, и пока научится вести дела, пройдет немало времени. Теперь тем для разговоров им должно было хватить надолго, по крайней мере, до ближайшей ярмарки. Владелец поместья чувствовал оживление и одновременно едва различимое сожаление. В его душе боролись два противоположных желания — все оставить как есть и сорваться с места.

Да, здесь в Валланде, вблизи Руана, в собственном сравнительно обширном владении ему было хорошо. И, усмехнувшись прихоти своего сердца, которое вдруг на какой-то миг затосковало по покою и новообретенной родине, поспешил следом за Хрольвом. И, успокоенный, сделал знак, чтоб на столы несли мясо. Раннее утро застало торговый корабль уже в пути, Агнар, как и все остальные молодые мужчины, сидел за веслами. Пожилым в команде был только сам хозяин старого, но еще очень крепкого кнорра, немного более узкого, а потому более быстроходного, чем обыкновенные торговые кнорры. Собственно, это судно представляло собой нечто среднее между боевым и грузовым, и потому нетрудно было догадаться — его владелец привык плавать далеко и не гнушаться грабежа, если он оказывался выгодней торговли. Но сейчас кнорр шел в Британию с одной-единственной целью — перехватить там такого товара, с каким не стыдно будет отправиться дальше, в один из скандинавских торговых городов. Теперь вещи молодого воина лежали под палубой, там же, где и все, а плащ был аккуратно сложен и пристроен под свернутым шатром у мачты. Шатер ставили очень редко, тем более, что никакой необходимости в нем не было — ночи стояли по-летнему теплые и ясные. Молодой мастер и раньше время от времени отмечал, что он, кажется, сильнее многих. Но лишь в этом походе убедился — это действительно так. Пяти лет оказалось достаточно, чтоб превратить мальчишку в мужчину. Иной раз он поражал своим хитроумием даже давних соратников, особенно когда надо было избежать работы, или же выбрать работу полегче. Классикой русской поэзии стали такие стихи сборника, как "Все они говорят об одном", "Тишь двоякая", "Как хорошо" и стихотворение, давшее название сборнику с эпиграфом из Мятлева.

Book: Северянин

Высокую оценку творчества И. Северянина х годов дала М. Цветаева, слышавшая его чтение в Париже: Вы стати поэтом больших линий и больших вещей. Вы открыли то, что отродясь Вам было приоткрыто - природу От всего сердца своего и от всего сердца вчерашнего зала - благодарю Вас, дорогой" "Неотправленное письмо Игорю Северянину". За рубежом Северянин издал семнадцать книг, но выходили они малыми тиражами и не всегда окупали сами себя. Весь заработок "съедали" дороги, проживание в отелях, и на это Северянин не скупился, будучи в роли "короля поэтов". Поэта частично поддерживал фонд Рахманинова, частично субсидировали частные лица и государственный фонд Эстонской республики, но призрак нищеты все настойчивее преследовал его. В году Северянин стал жертвой хорошо не продуманного поступка: Все в Таллине утомляло и раздражало Северянина, привыкшего жить и творить на лоне природы. Ему было запрещено писать и звонить в Тойло. Круут не могла простить его. Для поэта наступили трудные годы: О тяжелом внутреннем состоянии П. Северянина в этот период говорят строки стихотворения "Туманный день":. В письмах этого периода к друзьям Вс. Рождественскому в Ленинград, Г. Шенгели в Москву он постоянно жалуется на одиночество и нужду. Действительно, жил он, перебиваясь продажей своих книг и рыбы дачникам. Подлинная боль слышится в интервью Игоря Северянина Игорю Лотареву в летний творческий юбилей. Издателей на настоящие стихи теперь нет. Нет на них и читателя Еще один вопрос - на какие же средства. Поэт умер в оккупированном немцами Таллине 20 декабря года и похоронен на Александро-Невском кладбище. На могильной плите выбиты строки:. Россия не забыла своего талантливого и по неволе блудного сына; большими тиражами выходят в различных издательствах однотомники поэта и не пылятся на полках книжных магазинов. Давно забыт презрительный термин вульгарно-социологической критики - "северянинщина". Северянин интересен современному читателю? Шенгели на это попытался ответить так: Был наиболее темпераментным выразителем общественной бодрости и наэлектризованности как мироощущения". Доля истины, конечно, в этом есть. На фоне поэзии символистов, с ее "тайнами" и "безднами", с ее мифологическими образами, акмеистов, с их первоприродой и первочеловеком, стихи и поэзы И. Северянина были доступными пониманию, создавали настроение радости, счастья бытия, особенно в стихах о весне и любви. Это подтверждает и манифест эгофутуризма, и лучшие сонеты из книги "Медальон" Белград, , в которых И. Северянин дает высокую оценку творчества Пушкина, Тютчева. Северянин не мыслил себя без Родины, без России, и эта бескрайняя, преданная любовь стала лучшими строками его стихов:. И вот это "русское" в творчестве И. Северянина - бессмертно, и его след в национальной русской поэзии XX века по-своему ярок и неповторим.

Русская поэзия конца XIX-нач. Русская литература 20 века. Книга для учащихся 11 кл. Все материалы в разделе "Иностранный язык". Хотите опубликовать свою статью или создать цикл из статей и лекций?

  • Какая температура в судаке в мае
  • Лодочный редуктор люфт
  • Ветерок 12 мощность
  • Ручка для подсачека с резьбой
  • Это очень просто — нужна только регистрация на сайте. Он не читал, а почти пел свои стихи, уводя, словно сирена, в диковинные края, рисуя упоительные утопии, где "облака как белолии", "скользит в аметисте луна", где можно "парить в лазоревом просторе со свитой солнечных лучей", "пить златисто-грезный черный виноград" или: Это было у моря, где ажурная пена, Где встречается редко городской экипаж Пьяный мужчина убил одного мужчину, серьёзно ранил другого и был готов убить третьего. Год назад общественность была шокирована инцидентом, произошедшим на берегу озера Пуарентьявр в Кольском районе. Стрелял злоумышленник и в другого рыбака, который получил тяжёлые травмы и, в последствии, утратил общую работоспособность. Следственным отделом по Кольскому району следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Мурманской области завершено расследование уголовного дела жителя города Мурманск, который обвиняется в совершении преступлений, предусмотренных ч. Ограничение доступа СМИ-иноагентов в парламент обсудят в Совфеде. Евросоюз призывает украинские власти не подрывать веру народа в борьбу с…. Новейший истребитель Су совершил первый полет.

    северянин рыбак 5

    От поедания галстука до залезания на крышу: США присвоили себе заслуги в освобождении Сирии после заявления России. Все Недвижимость Транспорт Финансы Энергетика.

    И Северянин

    В Центробанке рассказали о готовящихся хакерских атаках под Новый год. Пою тебя, мой лес, — товарищ старый, — Где счастье и любовь я повстречал, И вас пою, таинственные чары Любви, которой молодость отдал. На север я хочу! Туда, туда, в дремучий хвойный бор, Где тело дышит бодростью и силой, Где правду видит радостный мой взор. Мечты мне сказки нежно шепчут хором, Пока я тихо еду через мост. На песчаном берегу дном вверх лежала желтая неуклюжая лодка. Я вполне согласился с ним. Одно только могу сказать: Да и цена сходная: У пристани стояло яликов пятнадцать. Были они все, как братья родные: Легкие лодочки, приятные для глаза. Худенькая барышня, сидя в одном из яликов, читала книжку.

    северянин рыбак 5

    Ковриками зовут здесь эстонские тысячи старого выпуска. Семь ковриков равняется двадцати долларам, немногим меньше — на доллар. Решили тотчас же, не теряя времени, пуститься в обратный путь — двенадцать верст по реке вниз, да по морю около сорока. Узнав о наших планах, купец с дочерью пришли в ужас. Барышня пожертвовала нам жестянку для вычерпывания воды. Я сел к рулю, и мы быстро поплыли.


    Комментарии

    Комментариев пока нет. Будьте первым комментатором!





    Регистрация





    Вход с паролем



    Забыли пароль?